Ежемесячное путешествие: 1437 г. х., раби‘у-ль-авваль

Я в основном живу по исламскому календарю: график рабочих и выходных дней у меня выстроен по дням лунного месяца. Причём выстроен так, чтобы в конце каждого месяца хиджры у меня было несколько выходных подряд. В позапрошлом месяце количество выходных было меньше обычного («хвосты» по работе), и путешествие получилось коротким: два дня. Однако это лучше, чем ничего (как, увы, получилось в месяце прошлом).

Перед началом очередного года (то есть в конце месяца зу-ль-хиджжа) я составляю ориентировочный список мест, в которых я хочу побывать в наступающем году. В этом списке всегда есть два пункта: Самара и Москва (при всех своих кочевьях именно в этих двух городах я прожил больше половины своей жизни; так уж вышло). Вот в Самару я и отправился: лучшего варианта для короткого путешествия не найти.

На этот раз основным пунктом программы стала Самарская соборная мечеть, в которой я давно не был. Пятничным утром я сел в междугородный автобус (точнее, теперь это междугородная маршрутка — побольше «газели», но много меньше, скажем, «икаруса»), доехал до Самары, прогулялся до мечети (в парке им. Гагарина, несмотря на довольно морозный день, было весьма людно), устроился в главном зале. Народу сначала было немного (прочитав два рак‘ата приветствия мечети, я огляделся и сделал пару снимков), и я даже довольно близко к имаму расположился, когда он прошёл к минбару и завёл беседу, но к началу обязательной молитвы зал был заполнен полностью (и на балконах тоже были люди). Беседа, кстати, сначала шла на татарском языке, и я понимал через пятое на десятое (но всё-таки понимал! В похожей ситуации в Челнинской мечети лет двенадцать назад я не понимал ни-че-го), потом постепенно перешла на русский, первая часть проповеди была, разумеется, на арабском, а вторая — на русском. Вот такое многоязычие. Это, конечно, норма для поволжских имамов, даже, можно сказать, мелочь. Однако мелочь — а приятно. (Да, я уже настолько привык к тому, что если что-то точнее можно сформулировать не на русском, а на каком-то другом, то таки можно формулировать — и тебя поймут (супруга понимает (в разной степени, конечно, но всё-таки) русский, украинский, татарский, арабский, английский — а теперь ещё и немецкий; друзья — тоже полиглоты; да и в немецкой группе почти все многоязычны), что всякое ущемление этой возможности дискомфортно для меня, а всякое многоязычие вокруг — наоборот, весьма приятно.)

После мечети заехал в гости к кузине (заодно топографию и маршруты общественного транспорта в голове освежил), потом к тёте. Под вечер неожиданно снова ощутил дискомфорт: привык в конце дня смотреть что-нибудь на иностранном языке, при этом ноутбук не стал с собой брать, а в российском телевизоре в основном всё по-русски. На канале Eurosport-2, правда, наткнулся на довольно долгое молчание русского комментатора — и, соответственно, послушал английского. А потом канал «ТНВ Планета» ещё некоторое время посмотрел. Отпустило. :)

…А с утра прогулялся ещё по району Ботанического сада (первая alma mater вся в лесах: общежития ремонтируются) — и на вокзал. В итоге даже двух суток не вышло. Но вышло хорошо.

Минут за пятнадцать до полудня народу было ещё немного

Сообщают, что вместимость (насколько я понимаю, основной зал плюс два балкона плюс, так сказать, бельэтаж) составляет более 5 000 чел. (фото из блога Д. Котукова)

Самарская соборная мечеть (фото с сайта «Самарская губерния»)

…и успехов в учёбе (филология)

Первый серьёзный прорыв в английском у меня произошёл благодаря Джулии Миллз, (в то время) преподавателю одной из школ LanguageLink. Это было в 2002–2003 году. Второй случился как-то незаметно: просто я перестал испытывать трудности с выражением своих мыслей (а результаты такого самовыражения стали получаться если не совсем уж безошибочными, то близкими к тому). И прошедшей осенью я получил официальное подтверждение своего роста, окончив предлагаемый Университетом Квинсленда курс Write101: English Grammar and Style (что-то вроде введения в специальность, очно он читается англоязычным филологам-первокурсникам) с результатом 87 (из 100; проходной балл — 50). Одним из сочинений, написанных в рамках этого курса, я делился.

Так что отныне без всяких сомнений считаю, что в английском желаемого уровня C2 я достиг. Совершенству, конечно, нет предела; в смысле, всегда есть куда расти, и именно это — продолжать расти — я и намерен делать, однако и поставить «галочку» оказалось неожиданно приятно. Вероятно, это связано именно с уровнем: особых эмоций от прохождения экзамена на сертификат Института Гёте уровня C1 я не испытал. Более того, отдавая себе отчёт в том, что в группе я второй по уровню, я после экзамена был почему-то уверен не только в успешной сдаче, но и в том, что мой результат будет лучшим, — и когда через неделю объявили результаты, так и оказалось: лидер группы набрал 55,5 баллов, а я — 56 (из 75; проходной балл — 45). Это был неофициальный экзамен (официальная сдача на сертификат стоит денег), поэтому индивидуальных собеседований не было (то есть мы сдали только Lesen, Hören и Schreiben, но не Sprechen), однако, представляя свои особенности, я бы, пожалуй, спрогнозировал официальный результат в 76 баллов (из 100; проходной балл — 60). Нормально.

О носителях и неносителях

Бытует мнение, что нейтив — лучший преподаватель языка. Это, конечно, не так. Причём дело может оказаться даже не в уровне преподавания (методическая подкованность, подходящий профессии характер, грамотность в родном языке — хотя и это всё очень важно, и запросто может получиться, что неноситель будет круче носителя), а совсем в другом. Например, арабским я до самого последнего времени занимался с носителем языка — уроженцем знойного Туниса. И одно-два занятия в месяц у нас с пугающей регулярностью пропадали, потому что ахи Сами приболел. А куда деваться: зелёная зима давно кончилась, наступила белая зима. И прогресс потому у меня не такой, какого хотелось бы.

Кроме того, какие-то образовательные трюки носителю языка могут оказаться недоступны в силу менталитета. Например, немецкий преподаватель в нашей группе сейчас — россиянин (фройляйн Фикс уехала, как говорится, нах хаузе цурюк). И вот на предпоследнем занятии мы получаем задание, с трудом с ним справляемся — а потом оказывается, что это фрагмент курса уровня C2 (у нас — C1). По тому, кто как справился с заданием повышенной сложности, преподаватель делает интересные выводы. Поступил бы так немец? Не знаю. Думается, вряд ли: ведь Ordnung muss sein.

П/С. На этой неделе я начал заниматься арабским с новым преподавателем. Брат Ильдар, конечно, не араб, однако речь у него беглая, произношение отличное, учебные материалы в ассортименте. А самое главное: за три дня мы встретились два раза, и оба раза почти вовремя — и без всяких отмен по болезни.

…и успехов в учёбе (нейрология)

Этой осенью я, помимо прочего, окончил два курса по нейрологии: «The Brain and Space = Мозг и пространство» (часть специализации «Neuroscience: Perception, Action and the Brain = Нейробиология: восприятие, действие и мозг»; в официальном переводе Coursera ошибочно использовано слово неврология (лечение нервов) вместо нейробиология (или нейрология — изучение мозга в частности и нервной системы вообще)) и «Bilingual Brain = Двуязычный мозг» (официальный перевод Coursera — «Мозг билингва», что неверно грамматически и не вполне точно отражает содержание курса).

Особенности функционирования дву- и, шире, многоязычного мозга начали изучать относительно недавно, некоторые результаты противоречивы, но то, что уже выяснено достаточно достоверно, вдохновляет. С удовольствием отзанимался два с лишним месяца, прекрасный лектор (сам, разумеется, многоязычный), интересные знания и даже практические выводы (которыми намереваюсь в скором времени поделиться в филологическом блоге).

Курсы, входящие в специализацию о восприятии человеком окружающего мира, я изучал не по порядку, и до вышеупомянутого (который идёт вторым из трёх) добрался последним. Он оказался самым лёгким и наглядным (относительно мало физиологии и биохимии); в частности, я наконец посмотрел съёмки пары экспериментов, о которых раньше только читал, да и то без подробностей. Один из ключевых тезисов специализации в целом и этого курса конкретно: мир, который мы воспринимаем (то, что мы считаем внешним миром), имеет весьма мало общего с миром, который в науке принято считать реальным (то, что фиксируется приборами). При этом живём мы в воспринимаемом мире.

Здоровья и удачи!

Вполне традиционное пожелание. Что-то в этом духе говорят порой и без всяких праздничных поводов. А я такого как минимум с начала этого тысячелетии и до самого последнего времени не говорил — и услышать в свой адрес не хотел.

Что касается здоровья, то болезнь, согласно исламу, есть средство очищения от грехов. Не болеешь — не очищаешься (кстати, стало любопытно: от чего меня очистил перелом? (Блогозапись про перелом написана русской латиницей; это следствие принятого решения про более частные дела писать именно так: кому действительно интересно, тот прочтёт)). С другой стороны, вот у моей мамы гипертония, и пока она (мама) жива, есть ещё шанс на духовный успех, а в противном случае — нет. Так что с некоторых пор я регулярно желаю ей здоровья (можно сказать, делаю дуа).

С удачей вопрос сложнее. Ведь удача — это (согласно, например, БТС) стечение обстоятельств, способствовавшее желательному, нужному исходу дела; везение. То есть успех, достигнутый не благодаря усилиям, а благодаря обстоятельствам. То есть незаслуженный успех. Однако недавно получил я довольно конкретное пожелание удачи от умного человека — и задумался: а нет ли в удаче чего такого, что я всё-таки могу себе позволить? И подумал, что, пожалуй, есть. Порой бывает так, что по всем раскладам дело должно увенчаться успехом, но обстоятельства препятствуют: поезд опаздывает на 5 часов, ответственный чиновник ушёл домой на 40 минут раньше окончания рабочего дня, погода внезапно поменялась, наплевав на прогноз… Вот такую удачу: чтобы обстоятельства были нейтральными — такую удачу принять я готов. И даже пожелать другим.