Этапы многоязычного пути: как я провёл 1438 год хиджры

Примерно сутки назад — с наступлением времени намаза магриб 20 сентября 2017 года — наступил новый, 1439-й год по хиджре. Для меня начало года — это прежде всего подведение промежуточных итогов и корректировка планов. Начнём с языков (одной из ключевых сфер моей жизни).

В последний раз я отчитывался об успехах в языках в мае 2016-го. С тех пор прошло полтора года, семестровые отчёты я, к сожалению, не делал даже для себя, а изменений немало. Попробую восстановить ход событий — всё-таки по семестрам.

2016 год, зима-весна. Меняется состав татарской группы: слабейшие выделяются в отдельную группу — и самым слабым в нашей группе оказываюсь я (это нисколько не смущает, тем более что у остальных татарский — второй родной, то есть они работают с уровня heritage; однако это, увы, лишает меня некоторых образовательных возможностей). Меняется преподаватель арабского, и в арабском языке я бурно прогрессирую: за полтора десятка занятий (один месяц по графику и ещё два месяца примерно с половинной нагрузкой) мы проходим материал семестра, и я оказываюсь в состоянии худо-бедно вести свободный диалог (к сожалению, перед рамаданом я вынужден прекратить занятия). В немецком, напротив, идёт скорее работа вширь: после успешной (хоть и неофициальной) сдачи на сертификат уровня C1 я решаю полгода позаниматься самостоятельно, сделав упор на ликвидацию слабых мест, выявленных экзаменом; тяжёлая весна не даёт мне сделать это в полной мере, однако в апреле я начинаю посещать Stammtisch (что-то вроде разговорного клуба) — и вновь ощущаю прогресс в языке. Начинаю ходить (вместе с супругой) на английский разговорный клуб, практикуюсь, перевожу некоторый объём лексики из пассива в актив (а от LinguaLeo отказываюсь — в частности, из-за перестройки сервиса). С огромным удовольствием прохожу MOOC под названием Multilingual Learning — и под его влиянием дорабатываю своё языковое расписание: возвращаюсь к недельному графику, развожу теорию и практику (два часовых занятия, включавших все виды языковой активности, заменяю четырьмя получасовыми, включающими только учебную работу (грамматика и упражнения), а чтение, аудирование, диалог выношу на вечер) и чётко обозначаю нагрузку по практике. Посещаю наконец французский разговорный клуб.

Уровень языков (новая иерархия; количество часов — в неделю):
русский — C2+ (теория — 0 ч; практика — 3 раза по полчаса (учу стихи); итого — 1,5 ч);
английский — C2 (теория — 3 × 0,5 ч; практика — 3 × 0,5 ч; дополнительно — 1,5 ч (разговорный клуб, еженедельно); итого — 7,5 ч);
украинский — ↑C1 (теория — 3 × 0,5 ч; практика — 3 × 0,5 ч; итого — 3 ч);
немецкий — C1 (теория — 3 × 0,5 ч; практика — 3 × 0,5 ч; дополнительно — 1,5 ч (разговорный клуб, 2–4 раза в месяц); итого — 4,5 ч);
арабский — ↑B1 (теория — 3 × 0,5 ч; практика — 3 × 0,5 ч; по факту вместо трёх получасовых чисто теоретических занятий было два часовых индивидуальных занятия с преподавателем, включающих и теорию, и практику; итого — 3 ч);
французский — ↑B1 (теория — 3 × 0,5 ч; практика — 3 × 0,5 ч; дополнительно — 1,5 ч (разговорный клуб, ежемесячно); итого — ≈3,5 ч);
татарский — ↑B2 (теория — 3 × 0,5 ч; практика — 3 × 0,5 ч; дополнительно — 2 ч (групповые занятия с преподавателем, еженедельно); итого — 5 ч);
испанский — A1 (пока не изучается; предусмотренное расписанием время я либо отдаю татарскому, либо занимаюсь другими делами).

Полностью выполнить предписанную нагрузку не удалось ни разу. Но сама ритмичность и план работы — радуют и приводят к ощутимым успехам.

2016 год, лето-осень. Продолжаю заниматься татарским, пробую найти решение с испанским: посещаю пробное занятие в том же John Parson’s, активно занимаюсь на онлайн-курсе. (Помимо теории и упражнений, этот MOOC — единственный из известных мне языковых онлайн-курсов — включал разговорные сессии через Google Hangouts, и мне как-то достался в собеседники индус, получающий высшее образование в одном из берлинских вузов. Услышав от него про это, я не удержался от восклицания на немецком, и он, как потом выяснилось, решил, что я немец, поэтому, когда мы исчерпали наши знания испанского, он перешёл на немецкий и мы немного поговорили ещё, однако это давалось ему с заметным трудом, так что я предложил перейти на английский, на котором нам было легко общаться и на котором мы наконец-то достигли взаимопонимания в отношении того, что имя Кабир — арабское, однако я не араб и не немец, а Тольятти — это не в Германии и не в Италии, а в России. Было забавно; я потом ещё некоторое время задумывался: а может, я и правда немец?) Наконец-то (по совету товарища по занятиям немецким) нахожу достойное место для английской практики — центр VIVA, курс подготовки к IELTS (заинтересовавшись, я даже прошёл пару онлайн-курсов по подготовке к этому экзамену и сдал в интернете пробный — получил 8,5 из 9, обалдел и решил не придавать этому большое значение). Подтягиваю французский — сначала в группе, потом на индивидуальных занятиях. Реальный прорыв происходит как раз с немецким: хотя группы для нашего уровня в этом семестре в Центре немецкого языка нет, новая языковая ассистентка соглашается по возможности позаниматься со мной индивидуально — и, ориентируясь, очевидно, на уровень, показанный мной на первом Stammtisch’е (удачный был день), чуть не вынимает мне, например, душу, требуя при просмотре видеосюжета указать ошибки, допущенные в речи француженкой, живущей в Германии, — и это просто супер. Украинский как-то сам собой поднимается, хотя попытки найти активную практику терпят неудачу. А вот арабский оказывается в загоне: занятия немецким приходятся то на один день недели, то на другой, и эта гибкость достигается, увы, именно за счёт арабского.

Уровень языков (часы в неделю — не плановые, а фактические, средние (по отчёту тайм-трекера)):
русский — C2+ (даю уроки в обмен на немецкий, 3 ч)
английский — C2 (6 ч);
украинский — C1 (1 ч);
немецкий — C1↑C2 (6 ч);
арабский — B1 (1 ч);
французский — B1↑B2 (2 ч);
татарский — B2 (3 ч);
испанский — A1↑A2 (2 ч).

2017 год, зима-весна. Удивительная смесь плюсов и минусов. На юбилее местного немецкого землячества я наконец-то пообщался с представителями землячества украинского (это плюс) — и выяснилось, что у них проблемы с помещением, проблемы с… — да с чем только не. Единственный вариант — петь в хоре. Для чего ездить в другой район города. Это жирнющий минус. Центр немецкого языка запустил-таки курсы C1 (это плюс) — но группа была откровенно слабая (это минус), несколько занятий я отходил, а потом отказался от этого, несмотря на то что вела эту группу и та самая языковая ассистентка (плюс), так что времени на индивидуальные занятия у неё больше не было (минус). С английской группой, слава Богу, всё было хорошо (плюс) — а преподаватель татарского переехала с семьёй в Казань (минус). Мы пробовали заниматься татарским по скайпу, но это совершенно не то. И арабский по скайпу я попробовал — нет. Пожалуй, иллюстрацией к происходившему может служить диалог на вышеупомянутом юбилее: за столом сидели глава землячества Эрика (с которой я говорил по-немецки), украинцы (с которыми я говорил по-украински) и, внезапно, гостья из Франции (с которой я говорил по-французски) — и один из украинцев рассказал анекдот про полиглота, спрашивавшего дорогу на нескольких языках, ни одного из которых местные жители не понимали. Мораль была проста: «Вот же человек — на скольких языках говорит!» — «Ну и что, помогло это ему?» Вот и мне не помогло. И мы переехали в Набережные Челны.

Функция закона

Проходил некоторое время назад курс «Crime, Justice and Society» (то есть «Преступление, правосудие и общество» — ну, это я сейчас понимаю; до ознакомления с содержанием курса я это воспринимал скорее как «Преступление, справедливость и общество», и мне-то были интересны философско-социологические аспекты). В его материалах, помимо прочего, сказано:

The law (in a purely legal sense) does not operate on the basis of innocence, truth, or fact (which may shock many of the public); rather, the law is concerned with whether the rules and procedures of criminal justice have been adhered to.

То есть:

Закон (в чисто юридическом смысле) не исходит из невиновности, истины или фактов (что может шокировать многих); закон скорее сосредоточен на соблюдении правил и процедур уголовного права.

Нормы УПК/ГПК соблюдены — значит, всё по закону. А справедливость, истина и тому подобные материи — вне рамок закона. (Да вообще вне рамок жизни; но это отдельный разговор.)

Разнообразие культур и языков в пределах одной страны (личное про Германию)

Я (пока) не пробовал жить в Германии. Но отсюда эта самая германская жизнь выглядит очень привлекательно: продуманность, порядок, свобода и разнообразие — вот что я отмечаю в первую очередь.

Это отражается и в самопродвижении страны (ну, может быть, прежде всего в этом, ОК). Портал «Чем живёт Германия» и его видеоканал — яркое тому свидетельство. Сюжеты — в параллельных роликах: на немецком, английском, французском, испанском, португальском, русском, арабском, турецком, китайском. Про разное: про пиво (ну да, Германия же), про то, что это страна велосипедов / Fahrradland / nation of cyclists / pay du vélo / país ciclista / país de bicicletas / بلد الدراجات الهوائية, про жизнь мусульман в Германии и т. д. и т. п.

Сижу, смотрю.

Математика кочевья: новая стоянка

Когда мы ищем новое место, кандидатуры (города) оцениваются по простой математической модели: оценка (10-балльная шкала) по значимым факторам, вес фактора — и сумма произведений нормализуется (с умножением на 100: число, скажем, 74 или там 83 удобнее для восприятия на бытовом уровне, чем 0,74 или 0,83). Факторы эти можно сгруппировать следующим образом.

1. Природа: климат, экология, водоём. Высокие баллы отражают умеренные температуры, невысокую загрязнённость воздуха и воды, продолжительный плавательный сезон, наличие лесов (или хотя бы лесопосадок). По этому параметру Тольятти довольно сильно сдал за последние годы: вóды Куйбышевского водохранилища начинают цвести столь рано, что сезон плавания длится едва ли больше месяца, лес местами выгорел (восстановление идёт, но…), вода из крана течёт неаппетитная. Наша новая стоянка в Набережных Челнах расположена недалеко от Камы и лесопарка Прибрежный (через школьный двор от языкового центра «Полиглот»); парк мы предварительно тестировали прогулкой, ну вот кончится рамадан — и речку, и лес будем пробовать по полной программе; ин ша’а Ллах, всё окажется как надо. Воду из-под крана здесь можно пить даже без фильтрования.

2. Духовный климат. То, что на 710 тыс. чел. (ок. 100 тыс. татар) в Тольятти приходится одна мечеть, — это просто трудность (хотя для Тольятти, в отличие от Москвы, потратить полтора часа на дорогу туда-обратно — это недопустимая трата времени). А вот то, что за последний год-полтора доступность халяльных продуктов (да, вот такое вот материальное измерение духовного) снизилась в разы, — это серьёзная проблема. По сравнению с этим 10 мечетей на 530 тыс. чел. (ок. 240 тыс. татар) в Челнах — это облегчение (а ближайшая мечеть — в 8 минутах пешком). И наличие халяльной полки в каждом (реально в каждом) магазине типа «Магнит» или «Пятёрочка» (не говоря уже о магазинах при мечетях) делает жизнь намного проще и спокойнее. Часть наших челнинских знакомых и родственников — мусульмане, другая часть неплохо знакома с исламом; в общем, придя в гости, можно не беспокоиться о том, чем тебя угощают. И про праздники ничего не надо объяснять (в Тольятти мы провели четыре года — и три из них я получал поздравления с Наврузом). И вообще обстановка на улицах Челнов приятнее.

3. Урбанистика. По этому параметру Набережные Челны посылают Тольятти в глубокий нокаут. Здесь почти на всех улицах хороший/отличный асфальт (внутри кварталов комплексов, правда, всё не настолько радужно). Здесь велодорожки. Много. (В Тольятти — ни одной.) Здесь велопарковки — везде. (В Тольятти — только у крупных торговых центров.) Здесь почти все светофоры с табло отсчёта времени (и для водителей, и для пешеходов) и на всех перекрёстках умное переключение (с запасом), причём может стать ещё умнее. Здесь нет двойного подчинения маршруток. И в целом общественный транспорт организован разумно, насколько я успел понять. (И проезд дешевле, кстати.)

4. Интеллектуальный уровень. А вот тут дела Набережных Челнов обстоят, увы, не блестящим образом. По среднему возрасту населения город относительно молодой, и вузов тут немало, так что вроде не глухая деревня, однако отделения партнёра Института Гёте нет, отделения «Альянс Франсез» нет, с носителями языков сложности: английский ещё куда ни шло, а другие европейские — не-а. Ну, по-татарски, понятное дело, практически каждый второй на улице разговаривает, в этом смысле можно констатировать погружение в языковую среду. Городские виды порой неплохи, но главный дизайн — герб города — чудовищен. Мы с Рашидой его между собой называем исключительно «банан и морковка» (а лебедевцы ещё бы отметили, что движение направлено влево (а надо вправо)). И ведь он на каждой табличке с номером дома и на каждом муниципальном заведении. (Надо ещё посмотреть, как тут пешеходная улица «в реале» выглядит.)

5. Физкультура. В этом отношении всё ровно: в обоих городах есть площадки во дворах и тренажёры в спортмагазинах, секции скалолазания и боевых искусств.

Итого. Нормализованный балл города Набережные Челны — 74 (Тольятти четыре года назад получил 67, сегодня — 36; максимальный балл из рассмотренных городов-кандидатов — 91 (Дрезден)). Это хорошо.

Дополнительные сведения. Просто любопытные факты/цифры.

Тольятти — 19-й по численности город России, Челны — 34-й. Среди «обычных» городов (не центров областей/краёв/республик) Тольятти — первый, Челны — третий. Крупный «обычный» город — то, что я люблю.

Тольятти входит в Самарско-Тольяттинскую агломерацию — юридически не оформленную, разбросанную, вялую. Челны входят в Нижне-Камскую агломерацию (Н. Челны, Елабуга, Нижнекамск, Заинск) — определённую двумя республиканскими документами, собранную, энергичную.

Самарская область — 20-й регион РФ по индексу человеческого развития. Татарстан — 4-й.

Аль-хамду ли-Ллях.

Оттенки чёрного

Нуар — наше всё. В том смысле, что мне как антиконформисту близко это стилистическое направление (и в кино, и в литературе). Запутанность обстоятельств, разнонаправленные скрываемые эгоистические интересы множества действующих лиц, невозможность оказать значимое влияние на развитие событий при обязанности это сделать… Жизнь, короче. (По крайней мере, в современном обществе.)

Впрочем, чистый такой стиль сейчас редок. А вот его элементы — это пожалуйста. Например, «Судный день». И вот как раз после того, как я высоко оценил этот фильм, IMDb мне сказал что-то вроде: «Тебе, дорогой пользователь, и раньше предлагался сериал “Strike Back”, а теперь окончательно понятно, что ты просто должен его посмотреть». ОК, поглядим; пока что первое, что я открыл, — заглавная музыкальная тема. В ней, во-первых, меня заинтересовали слова.

…«У героев дома быть не может». Так можно перевести окончание припева. По сути — вполне нуаровская, «чёрная» мысль. По форме — если не знать оригинал, в жизни так не сформулируешь. «Heroes can’t have home»? Не-а. «Heroes don’t have home»? Не-а. «There is no such place for a hero as home»? Теплее. (Потому что в качестве шаблона используется оригинальная присказка про бесплатный сыр: There is no such thing as a free lunch.) В общем, до красивости в конце фразы я бы, может, и додумался — и, добавив характерное для lyrics нанизывание отрицаний, получил бы: «There is no place for no hero to call “home”». А теперь, внимание, правильный ответ: «This ain’t no place for no hero to call “home”». Негры и ошибаются по-чёрному.

P. S. А во-вторых, в текстовом клипе исключительно правильное цветовое оформление.